Благодарная память сильнее времени

Вчера, 11:55 | Общество

На днях в нашу редакцию пришла элистинка Лидия Михайловна Мацакова (в девичестве Тихонова). Несмотря на почтенный возраст, она подвижна, можно сказать, энергична, общительна. У нее превосходная память. Гостья рассказала о своем детстве, выпавшем, как у многих ее ровесников-калмыков, на годы сибирской ссылки.

Семья Тихоновых жила на территории нынешней Чечни, в станице Наурзской — там, где, казалось, время текло размеренно и спокойно, а будущее манило светлыми надеждами. Отец Михаил Манжикович (1902 года рождения), работал табунщиком, с любовью ухаживая за лошадьми, а мама Евдокия Айдаровна (1910 года рождения), заботливая и неутомимая, успевала растить четырех детей, создавать в доме тепло и уют, и работать на бахче. Взрослые и дети прекрасно знали русский язык – это стало их спасением в грядущих испытаниях...
То декабрьское утро навсегда врезалось в память: громкий, безжалостный стук в дверь разорвал тишину, словно предвещая беду. Военные зачитали приказ о выселении калмыков — слова, от которых кровь стыла в жилах. В тот страшный миг Евдокия Айдаровна, словно защищая, усадила на колени сонных дочек двух и четырех лет. Старшие, тринадцатилетняя Татьяна и десятилетний Иван, стояли рядом с мамой, в их глазах читался недетский страх. Мужественная женщина сквозь слезы и отчаяние выкрикнула с несокрушимой силой: «Какие мы враги? Отец детей, мой муж — на фронте! А в чем повинны мои ангелочки? Никуда мы не тронемся. Делайте, что хотите!» Ее голос дрожал, но в нем звучала непоколебимая решимость. Лишь после нескольких грозных увещеваний старшие Тихоновы с тяжелым сердцем начали собираться в путь.
В той станице проживало всего пять калмыцких семей — пять островков тепла, которым предстояло выдержать бурю. Накануне дядя Гриша, словно предчувствуя трудности, зарезал корову и заготовил мелко нарубленные щепки для печи буржуйки. Это мясо стало их спасением — оно помогло семье выжить в долгом январском путешествии в неизвестность, где каждый день был испытанием на прочность.
Лиде тогда едва исполнилось два года, и она ничего не знала о первых страшных годах выселения. Многое она знала из маминых рассказов — живых, полных боли и мужества. Когда семья прибыла на одну из сибирских станций, их усадили в сани. В другие сани посадили двух старушек, которые не могли управлять лошадьми. Евдокии Айдаровне пришлось взять на себя эту непростую задачу — управлять двумя упряжками. Путь лежал к селу Шишкино Тальменского района Алтайского края. На каждом повороте бабушки выпадали из саней, и мама, выбиваясь из сил, останавливала сани, поднимала женщин из сугробов, усаживала и снова вела упряжки вперед.
Так Тихонова старшая доставила всех в село. Их семью заселили в один из домов на отшибе, словно отрезая от остального мира. На следующий день матери семейства приказали выйти на работу. Запасы быстро иссякли, и семья Тихоновых столкнулась с жестоким и беспощадным голодом. Евдокия Айдаровна запоминала места, где предавали земле павших от болезни животных. Калмыки выкапывали их, уже замерзших, и разделывали в доме, где жили Тихоновы. Лидия Михайловна вспоминает, как ругали ее маму за это. А она, показывая на детей, с болью и решимостью в голосе отвечала: «Спасаю детей от голодной смерти». Женщина до сих пор помнит резкий, удушающий запах керолина, которым обрабатывали трупы животных, — он навсегда остался в ее памяти.
Когда наступило лето, дети, голодные и измученные, бегали по лесу в поисках хоть чего-то съедобного. Но они все равно находили в себе силы на дружбу с местными ровесниками, и вскоре игры и смех стали звучать в их жизни все чаще. Они проводили вместе всё свободное время, даря друг другу частичку тепла.
В школу Лида пошла в девять лет. Носить было нечего — ей доставалась одежда и обувь старших сестер, все изрядно поношенное и потрепанное. Но даже это не могло омрачить ее радость от новых открытий. Все школьное детство она дружила с Галей Ермошкиной — верной, доброй, справедливой подругой. Девочки сидели за одной партой, помогали друг другу с домашним заданием, ходили в лес за грибами и ягодами, играли. Поддерживая друг друга, они заготавливали два кубометра дров — норму для каждого ученика, и в этих простых делах укреплялась их дружба.
Когда калмыки начали постепенно возвращаться в родные степи, Лида, уже подросток, первая из семьи уехала с родственниками. Перед дорогой узнала, что подруга Галя лежит в больнице. Сердце девочки сжималось от боли: так переживала, что не смогла проститься с ней лично, мысленно шептала слова благодарности и прощания...
Прошли годы, но та детская дружба не забылась. Найдя друг друга по почте, женщины стали переписываться - письма, полные воспоминаний и тепла, связывали их через годы и расстояния. В 2006 году Лидия Михайловна, выехав из Санкт-Петербурга, где живет ее дочь, в Новокузнецк, встретилась с подругой детства. Галя (Галина Васильевна Проняева) с радостью угощала свою подругу калмычку в барнаульской квартире, пригласила на встречу сестер и взрослых дочерей. Они сидели за столом, вспоминали детство, веселые случаи, и слезы радости текли по их щекам.
Галина Васильевна вспомнила, что, когда она перешла в восьмой класс в соседнее село Шипицино (в 10 километрах от Шишкино), с ней учился калмык Борис Оконов. Учился он ровно, хорошо успевал по всем предметам, и к нему в школе относились с уважением и теплотой. На сохранившейся фотографии он стоит третьим по счету во втором ряду, а его отец — третий слева в первом ряду. Снимок сделан в замечательный день, когда радостные десятиклассники получали документ об окончании средней школы. Многие улыбаются, держат в руках летние цветы — мгновение счастья, застывшее во времени.
Галина Васильевна с трепетом интересуется, как сложилась жизнь ее одноклассника Бори Оконова. Если кто-то узнал его на фотографии, просим поделиться информацией с редакцией нашей газеты и заранее благодарим за помощь.
Людмила НАМРУЕВА

Видео