Живая память

В Москве прошел ряд правительственных и парламентских мероприятий, посвященных 105-летию установления дипломатических отношений между Россией и Монголией. В отеле «Метрополь» состоялся торжественный прием, на котором с содержательной речью выступил Чрезвычайный и Полномочный посол Монголии в Российской Федерации Дуламсурэн Даваа. От имени российской стороны выступил заместитель председателя правительства России Алексей Оверчук. В зале присутствовали представители различных российских организаций, деятели науки и искусства.
Именно в отеле «Метрополь» 5 ноября 1921 года состоялось подписание Соглашения об установлении дружественных отношений между правительством РСФСР и народным правительством Монголии.
Правительство РСФСР признало монгольское народное правительство единственно законным правительством Монголии, аннулировало долг монгольской стороны на сумму около 5 млн. рублей и передало в дар отдельное имущество, ранее принадлежавшее России. Подписанный документ явился для Монголии первым равноправным международным соглашением.
В тот же день монгольская делегация была принята В. И. Лениным, который отметил, что монгольский народ в результате революции добился исторически важных свершений и, если монгольская народно-революционная партия, руководящая сила революции, сохранит верность интересам народа, то при условии укрепления связей с советским государством дело монгольской народной революции непобедимо.
Д. Даваа в своей речи подчеркнул, что в Монголии отдают дань памяти многим поколениям людей, которые своим трудом, мужеством и искренней преданностью делу заложили прочный фундамент дружбы между нашими странами.
Нас объединяют исторические события, продолжал он, которые навсегда остались в народной памяти: революция 1921 года, совместная победа на реке Халхин-Гол, взаимная поддержка в годы Великой Отечественной войны, укрепление суверенитета Монголии, взаимовыгодное экономическое сотрудничество, достижения в науке и культуре, исторический полет первого монгольского космонавта.
В заключение речи дипломат сказал, что важным подтверждением нашей общей приверженности дальнейшему развитию двусторонних связей стало подписание в 2019 году бессрочного Договора о дружественных отношениях и всеобъемлющем стратегическом партнерстве между Монголией и Россией.
Если говорить о калмыцко–монгольских связях, то на протяжении веков они никогда не прерывались. Нас объединяет общность этнического происхождения и культурных традиций. Одним из важнейших документов, отразившим наше этническое и правовое единство в средние века, является «Ики Цааджин бичиг», свод юридических норм, принятый в 1640 году на общем съезде представителей монгольского мира. Это уникальный источник по истории, этнографии и общественному строю наших народов того времени. В библиотеке калмыцких ханов и нойонов бережно хранили оригинал и списки этих законов.
Широким характером связей отличались конфессиональные отношения. Кроме прямых контактов, практикуемых буддийским духовенством, был налажен обмен различными религиозными сочинениями, созданными на монгольской и тибетской письменности. Так, большой популярностью пользовалось сочинение ургинского богдо-гегена Джебдзун-Дамба-хутукту, известное у калмыков под названием «Әәлтхнә зәрлг». Едва ли не каждый молодой калмыцкий послушник мечтал если не об учебе в монгольских монастырях, то хотя бы о паломнической поездке в Монголию.
Что касается фольклорного и литературного наследия, то газетной площади не хватит, чтобы перечислить монгольские письменные памятники, получившие распространение в калмыцких кочевьях. Это списки эпических сказаний, сборники сказок, дидактической поэзии, исторических сочинений. Нужно отметить, что процесс этот носил обоюдный характер.
В 1920 году по инициативе Элбек-Доржа Ринчино, известного деятеля Коминтерна, десятки калмыцких красноармейцев, участников Гражданской войны, выехали в Монголию для передачи опыта молодым монгольским бойцам и ликвидации банд барона Унгерна. Харти Кануков был первым комендантом освобожденной Урги. Любопытный штрих, монгольские модники тех лет часто просили подстричь их под «халимаг», прическу, которую носили калмыцкие воины.
Во время голода, охватившего в 1921–1923 годах Поволжье, граждане Монголии оказали жителям Калмыкии значительную денежную и продовольственную помощь.
В 1939 году свыше ста уроженцев Калмыкии, военнослужащих Забайкальского военного округа, принимали участие в боях на Халхин-Голе. Трое бойцов были награждены орденами Красного Знамени, двое - медалями «За отвагу», Лиджи Эрендженов – монгольским орденом «Алтан Гадас». Известны имена калмыцких воинов, отдавших жизни за свободу и независимость монгольского народа.
В том же году в Москве состоялась Декада калмыцкой литературы и искусства. Участников праздничных дней пригласил и принял постпред Монголии Ж. Самбу. Калмыцкие писатели и артисты вдохновенно вспоминали об этой сердечной встрече.
Позже отдельные калмыцкие ветераны рассказывали о совместных боях с бойцами монгольской армии в 1945 году против японских агрессоров.
В 1966 году в составе советской партийно-правительственной делегации Монголию посетил Басан Городовиков, первый секретарь Калмыцкого обкома КПСС.
Последующие десятилетия отмечены широкими контактами наших учреждений науки и культуры. В Улан-Баторе и Элисте состоялись Дни культуры двух народов, совершались гастроли художественных ансамблей. Регулярно проводились встречи писателей и ученых, издавались совместные литературные и научные сборники. В Калмыкии не раз принимали послов Монголии в нашей стране: Н. Лувсанчултэма, Х. Банзрагча, Н. Мишигдоржа, У. Энхтувшина. Особое внимание общественности вызвали визиты президентов Н. Энхбаяра и Ц. Элбэгдоржа в Элисту.
Важное значение имела поездка официальной делегации республики в Улан-Батор, состоявшаяся в апреле 1991 года. В ходе переговоров и подписанных документов Калмыкия впервые выступила как субъект международного права.
Немало монгольских студентов, обучавшихся в Советском Союзе, а позже в России, соединили свои судьбы с калмыцкими девушками. Недаром говорят, что если конь сокращает расстояния, то женщина соединяет народы.
В настоящее время в Калмыкии постоянно проживают несколько десятков монгольских граждан.
Помню, меня охватила горячая волна чувства, когда сотрудник Государственного архива Монголии положил передо мной на столе Обращение делегатов I Общекалмыцкого съезда Советов, состоявшегося в 1920 году, к своим монгольским соплеменникам.
Именно на те годы приходятся первые официальные калмыцко–монгольские контакты. В 1923 году в Москве состоялась встреча председателя Калмыцкого Центрального Исполнительного Комитета Араши Чапчаева с полномочным представителем Монголии в СССР посланником Дава-тушегуном.
В Национальном архиве Республики Калмыкия сохранились отдельные письма из их переписки. В письме, написанном на монгольском языке и датированном 6 августа многими возведенного 12 года (девиз правления духовного владыки Монголии богдо-гэгэна в 1911–1924 годах – В.Ц.), «бүрн эрк бәргч элчин сәәд», посланник Дава выразил глубокое удовлетворение от встречи и состоявшейся беседы с Чапчаевым, в ходе которой он получил подробную информацию об образовании и укреплении национальной автономии калмыцкого народа и просил председателя ЦИКа вместе с добрыми пожеланиями довести до сведения всего общества его сердечную радость, которую он испытывал, слушая рассказ об успехах родственного монголам калмыцкого народа. Также сообщил, что об их встрече уведомит членов правительства Монголии, и выразил уверенность в дальнейшем развитии успешных отношений между двумя народами.
В следующем письме, написанном на русском языке, полномочный посланник, обращаясь к Чапчаеву, сообщал:
«Шлю Вам мой привет и пожелание доброго здоровья, а также успеха в Ваших начинаниях на пользу родного Вам народа. Я ясно себе представляю, что Вам приходится работать в невероятно тяжелых условиях. Но думаю, что эти тяжелые условия выработали и вырабатывают из Вас прекрасного и преданного своему делу общественного работника.
Я чрезвычайно рад был узнать от гр[ажданина] Насунова (представитель Калмыкии в Москве – В.Ц.), что Вы в добром здравии приезжали в Москву по делам службы и что большинство Ваших ходатайств перед Центральным Правительством нашло самое благоприятное для калмыцкого народа разрешение.
Возобновляя настоящим письмом мое с Вами знакомство, испытываю большое удовольствие и прошу принять уверение в совершенном к Вам почтении.
Москва, 1 сентября 1923 г.
Тушегун Дава».
В архиве сохранилось ответное письмо Чапчаева, в котором он уверил полномочного посланника, что его приветствие и пожелания через периодическую печать будут доведены до сведения широкой народной массы.
«С момента нашей встречи, – писал он, обращаясь к посланнику, – я никогда не сомневался в том, что Вы с особенным вниманием и чуткостью будете следить и изучать результаты общественно-политической и административно-хозяйственной работы единоплеменного с Вашими монголами – калмыков. Те ничтожные результаты и достижения в общественной работе, которые суть плода коллективных усилий членов ЦИК Калмобласти, являясь, в частности, завоеванием калмыцкого народа вместе с тем являются успехом в делах вообще монгольского племени.
Калмыцкий народ глубоко признателен родственному монгольскому народу за его братскую помощь, которую он получал в тяжкие дни голодного двадцать первого года. Поэтому, пользуясь случаем, прошу Вас, г. посланник, передать от имени калмыцкого народа и его верховного органа – ЦИК Калмобласти – Народно-революционному правительству братский привет «мэндэ» с пожеланием успеха в творческой и созидательной работе Вашего правительства на фронте культурного и экономического возрождения Вашей горячо любимой родины – Монголии.
Обновленной Монголии принадлежит историческая миссия – объединение и раскрепощение всего монгольского племени от эксплуатации западно-европейских капиталистов, стремящихся все восточные страны превратить в свои колонии.
Памятуя о том, что возобновление нашего с Вами знакомства, г. посланник, вместе с тем есть залог родственной и деловой связи между правительствами Монголии и Калмобласти, столь необходимой в целях взаимной информации по вопросам государственного строительства в этот переломный период.
Разрешите мне на правах родственного и близкого Вам человека еще раз выразить Вам искреннее признание в совершенном к Вам уважении.
А. Чапчаев
26 сентября 1923 г.; г. Астрахань».
Полномочный посланник Дава-тушегун был опытным дипломатом. В составе монгольской делегации он принимал участие в переговорах 1921 года с правительством РСФСР. Он активно помогал в разрешении различных вопросов граждан Калмыкии, связанных с Монголией. Так, Чапчаев в 1923 году обращался к нему с просьбой оказать содействие Лиджи Каляеву, старшему брату поэта Санджи Каляева, в его поездке в Монголию для передачи теплой одежды и подарков родных калмыцким красноармейцам, инструкторам монгольской армии. Взаимодействие Чапчаева и Дава-тушегуна положило начало современным калмыцко-монгольским отношениям.
Полномочный посланник Дава-тушегун в 1924 году был отозван в Улан-Батор и впоследствии работал сотрудником Министерства иностранных дел. Араши Чапчаев в 1926 году по заданию Наркомата иностранных дел СССР во главе советско-монгольской миссии совершил из Улан-Батора поездку в Лхасу для установления отношений с Тибетом. По завершении миссии был награжден орденом Красного Знамени.
Жизнь не стоит на месте. Сегодня мир благодаря современным технологиям стал более доступным и взаимосвязанным. Калмыцкая молодежь проявляет искренний интерес к Монголии, культурным ценностям и образу жизни ее народа.
Василий Церенов




















Республиканская газета, издающаяся на калмыцком и русском языках. Газета освещает общественно-политические события, происходящие в Калмыкии, а также публикует материалы по культуре и языку калмыков.