Калмыки в Степном походе
Общее настроение казачества после Октября 1917 года довольно точно охарактеризовал военный теоретик полковник А. А. Зайцов, отмечавший, что оно в декабре 1917 г. «на вооруженную борьбу с большевиками не пошло. И не пошли не только «фронтовики», не пошли и «старые», но еще способные носить оружие, станичники…».
Причины этого нейтралитета лежали не столько в нежелании воевать, сколько в наивном, типичном для этой эпохи жизни донского казачества убеждении, что если «не дразнить» большевиков, то и большевики не тронут Дона и оставят их жить своим казачьим укладом. Оставление Добровольческой армией Дона поставило войсковые власти перед неизбежностью ухода со всеми верными силами из донских центров на окраину, с целью переждать время «выздоровления казаков от большевизма». Возглавить поход, который потом стали называть Степным, было поручено походному атаману генералу П. Х.Попову. Общая численность его отряда составляла 1100 человек пехоты, 617 кавалеристов при 5 орудиях и 39 пулеметах. В его нестроевой части находились калмыцкая группа членов Войскового круга во главе с Б. Н. Улановым, а также представители духовенства – 22 человека. На предложение генерала Л.Г. Корнилова присоединиться с отрядом к Добровольческой армии П.Х.Попов заявил,что Донской отряд не может покинуть территорию Дона. Он считает, что отряду лучше всего, прикрываясь с севера Доном, который скоро станет труднопроходимым, переждать события в районе сальских зимовников (поселки и хутора, к которым на зиму сгоняли табуны лошадей и скота), где много хлеба, фуража, лошадей, скота и повозок для обоза. Из этого района он мог бы развивать действия в любом направлении. Добровольческая армия тем временем, перейдя в ст. Егорлыкскую, двинулась в свой первый Кубанский («Ледяной») поход.
Степной поход длился 82 дня (12 февраля - 5 мая 1918 г.). Было пройдено по прямому направлению, не считая отклонений, от 650 до 700 верст. Отряд дважды переправлялся через Дон, а также через реки Маныч, Гашун и Сал, дважды пересек железнодорожную линию Торговая-Царицын. «Во время этого героического похода... небольшой казачий отряд выдержал 28 боев, — говорил 24 февраля 1919 г. на заседании Большого войскового круга его председатель В. А. Харламов. «Бои по большей части не были такими упорными, как те, которые пришлось выдержать Добровольческой армии в первом Кубанском («Ледяном») походе, но для маленького отряда «Степняков» тяжесть оказывалась вполне пропорциональной: бои в среднем через два дня на третий» – резюмирует военный историк А. С. Кручинин.
К середине марта в Донской области начались казачьи волнения. Решающим для перелома настроения казачьих масс явилось постановление областного съезда Советов в Ростове(28 марта) о национализации казачьих земель. Как отмечает исследователь О. В. Ратушняк, за время с весны до осени 1918 г. «на Дону и Кубани произошел переход от поддержки советской власти беднейшим казачеством, в том числе казаками-фронтовиками, при нейтралитете основной массы середняков, к выступлению против большевиков большинства казачьего населения». Учитывая обстановку, П. Х. Попов на военном совете 20 марта на зимовнике Королькова под огнем красной артиллерии заявил: «Наше сидение в степях закончилось. Наступил момент выполнения нашей основной задачи, и для этого нам нужно двигаться к Дону, то есть в пределы Войска, к станицам». В ночь на 29 марта все партизанские силы сосредоточились в ст. Андреевской. Отсюда Попов стремился выйти к Дону и переправиться на правый берег. К полудню 2 апреля партизаны завершили переправу и расположились в ст. Нижне-Курмоярской. Здесь они в первый раз за долгое время смогли обмыться и переодеться.
Ветеран Степного похода С. И.Цуцуков оставил трогательное воспоминание о встрече со своим годком по 4-летней службе в первоочередном полку: «...он и его жена ко мне отнеслись необыкновенно. Приготовили горячую воду, мыло, чистое бельё. Мой полчанин сам вымыл меня жесткой мочалкою, расчесал вымытую голову гребнем. Я стал совсем чистым: ни одного паразита. Он одел меня во всё чистое, подарил отличное обмундирование. Накормили они меня и хорошо угостили. Его жена вымыла всю мою донельзя грязную и вшивую одежду. Всего этого мне не забыть до конца моей жизни. Со временем многое забывается, но своего полчанина и его жену я никогда не забуду. Вот отношения, так роднившие нас, казаков-калмыков, с казаками православными. Забывались все наши племенные и религиозные различия: мы были друзья и соратники, готовые положить жизнь свою друг за друга».
Ст.Нижне-Курмоярская в истории Степного похода явилась тем пунктом, откуда походный атаман генерал П. Х. Попов начал планомерную организацию борьбы в войсковом масштабе. Здесь было принято решение о созыве Круга, и он впервые был назван «Кругом спасения Дона». С вечера 4 апреля партизаны, частью баржами и пароходами, частью походным порядком, покинули Нижне-Курмоярскую и 8 апреля прибыли в ст. Константиновскую (центр 1-го Донского округа).
К середине апреля в руках восставших донцов была полоса по Дону (правый берег) с двумя небольшими островками (по левому берегу). Вся остальная территория Донской области находилась в подчинении большевиков. Но уже 18–19 апреля началось восстание в Верхне-Донском округе. Оно вскоре разлилось по всей Области войска Донского, знаменуя собой новый этап Гражданской войны на Дону. В конце апреля Новочеркасск был освобожден от красных отрядов. 27 апреля состоялся парад, который принимал походный атаман. Участвовавшие в нем партизаны-«степняки» уже 28-го сражались с красными под Александровск-Грушевским, после занятия которого были отведены в Новочеркасск на заслуженный отдых. На этом фактически поход партизан заканчивается.
Роль донских казаков-калмыков в Степном походе была значительной. С пополнениями из калмыцких станиц Степной отряд вырос к концу марта до 3 тыс. человек (2850 бойцов плюс 251 нестроевой). Они предоставляли продовольственную помощь, помогали в определении маршрутов движения, вели разведку на знакомой местности. Особого внимания заслуживает высокая оценка их роли со стороны начальника штаба походного атамана полковника В. И. Сидорина. Он руководил боевыми операциями и потому мог объективно судить о калмыцких сотнях с военной точки зрения. Участник Степного похода Бадьма Уланов перечисляет сражения начального периода Гражданской войны, в которых были задействованы донские калмыки: «Их мы видели в походе на Ростов[юнкер Санжи Балыков, член студенческой дружины Церен-Давид Николаев], они были среди чернецовских партизан. Но особенно видное участие казаков-калмыков было в знаменитом Степном походе... Нести бремя боевой жизни им было не привыкать — перед ними был опыт русско-японской и мировой войн... Они принимали деятельное участие во всех крупных и мелких стычках на западном, восточном и верхнем запасах Сальского округа, на юртах Граббевской, Бурульской, Эркетинской станиц, на переправах через Сал... Дела в районе Нижне-Чирской станицы,... взятие Александровск-Грушевского проходили не без участия калмыков». Ковалев Е. Е., казачий офицер, известный в эмиграции своими трудами по истории Гражданской войны на Дону, писал: «Немало рассеяно одиночных могил у Маныча и Великокняжеской, по зимовникам восточного коннозаводства, в юртах калмыцких станиц и на берегах Сала».
Известный донской литератор Виктор Севский (В. А. Краснушкин), отличавшийся независимостью и свободой высказываний, оставил потрясающие зарисовки событий 1918–1919 годов, портреты политических и военных деятелей как Красной, так и Добровольческой армий, участников первых походов партизан и добровольцев: «Степь оплакивала калмычку Курашеву, девушку, отдавшую жизнь за братьев. Её расстреляли красные как сестру милосердия. Ковыль жаловался небу, что погиб полковник Мангатов, примчавшийся в степи, едва над ними нависла грозовая туча. Зарубили Мангатова». Калмыки долго не могли поверить в гибель своего героя, кавалера Георгиевского оружия, и даже заочно выбрали его сальским окружным атаманом при взятии Великокняжеской. В памяти «степняков» сохранились имена казака Граббевской станицы Мордаля Абушинова, «лихого всадника и незаменимого разведчика», убитого под Нижне-Чирской; прославленного хорунжего Батыра Мусова, сложившего голову на Куберле; платовца, подъесаула Батыра Борманжинова, одним из первых приведшего свою сотню в Степной отряд, погибшего во время «мамонтовского рейда», и многих других. Согласно архивам партизанских отрядов, участвовавших в Степном походе, за время с 12 февраля по 5 мая 1918 г., эти отряды, включая калмыцкие сотни, потеряли убитыми 124 офицера и 528 рядовых, всего с нестроевыми и общественными деятелями — 656 человек.
Степной поход, по воспоминаниям его участников, остался в памяти как время холода, голода, лишений. Сражались, не имея тыла, всегда на позиции — под снегом, под дождем. Один из участников похода вспоминал о своем старшем товарище, бывалом казаке Хабу Яманове: «В Степном походе нам часто приходилось голодать... Однако Х. Яманов всегда имел немного вареного мяса в сумке и на позиции всегда делился с нами, что не мешало ему упрекать нас, что мы незапасливые люди».
В «Воспоминаниях» В. Савинкова (1886-1954) встречаются редкие, но поразительные по глубине осмысления, умению выделить сущностное, описания повседневной жизни донских калмыков, их быта, культуры общения. Виктора Савинкова, младшего брата одного из лидеров партии эсеров Бориса Савинкова, без преувеличения, можно назвать человеком Серебряного века. Юрист по образованию, он заявил о себе и как талантливый художник. Выставлял свои натюрморты и пейзажи на выставках «Бубнового валета», являлся членом этого объединения. Подрабатывал журналистикой. В 1916 г. окончил военные курсы в Константиновском артиллерийском училище в Петрограде, участвовал в Первой мировой войне. После неудачи так называемого корниловского мятежа перебрался в Новочеркасск, вступил в Степной отряд походного атамана П. Х. Попова: служил в 2-х орудийной батарее отряда полковника Э. Ф. Семилетова. К этому времени относятся его наиболее яркие впечатления от встреч и знакомств с сальскими калмыками.
Августа Джалаева
(Продолжение следует)


















Республиканская газета, издающаяся на калмыцком и русском языках. Газета освещает общественно-политические события, происходящие в Калмыкии, а также публикует материалы по культуре и языку калмыков.