Документы архивного фонда «Ламайское духовное правление»

24-10-2026, 10:49 | Духовность

В прошлом году в газете «Хальмг үнн» была опубликована статья «Ценные источники из Ламайского духовного правления», в котором рассказывалось о проекте «Исследование документов архивного фонда «Ламайское духовное правление», как источника по изучению истории буддизма в Калмыкии во второй половине XIX в.».
Исполнители проекта Л. Манджикова и Э. Кутланова, сотрудники Научного архива КалмНЦ РАН, выполнили поставленные задачи по изучению состава и содержания документов, созданных в период деятельности Ламайского духовного правления (1834–1848) и ламы калмыцкого народа (1848–1898). В этом году Фонд содействия буддийскому образованию и исследованиям поддержал предложенный новый проект «Подготовка к изданию «Документы архивного фонда И-42 «Ламайское духовное правление (1836–1898 гг.)» Национального архива Республики Калмыкия: сборник документов и материалов», которым завершается двухлетняя исследовательская работа. В настоящее время сборник документов и материалов подготовлен к изданию и в скором времени книга выйдет в свет.
Составители сборника исследовали архивные документы и установили, что с принятием «Положения об управлении калмыцким народом» от 24 ноября 1834 г. (далее — Положение 1834 г.) в религиозной жизни Калмыцкой степи произошли кардинальные изменения. Хотя и признавалась ламайская церковь, но согласно новому правовому положению калмыцкое духовенство, во-первых, было причислено к одному из сословий калмыцкого общества; во-вторых, были обозначены основные категории духовных служителей (лама, багши, гебко, гелюнги, гецулы и манджики) и установлены их права и обязанности. В то же время калмыцкое духовенство отстраняется от участия в рассмотрении гражданских дел, они не имели права присутствовать в гражданских органах управления, как это было ранее. На законодательном уровне ламайская церковь отделялась от государственных дел, за исключением рассмотрения Ламайским духовным правлением судебных гражданских дел, созданного согласно Положению 1834 г.
Назначение на должность ламы калмыцкого народа, председателя правления производилось следующим образом. Астраханский военный губернатор рекомендовал кандидатуру ламы, выбранного из числа высшего калмыцкого духовенства, в министерство внутренних дел. В свою очередь, министр представлял кандидатуру ламы калмыцкого народа на рассмотрение и принятия решения Императору. Именно в таком порядке высочайшим указом Николая I на должность ламы калмыцкого народа был назначен Джамба Габунг Намкаев. Также общим собранием багшей и гелюнгов избирались члены Правления, их кандидатуры утверждались решением Астраханского военного губернатора. В архивном деле за № 1 имеется документ от 24 октября 1836 года об избрании членов Ламайского духовного правления.
Отдельным блоком можно выделить дела, в которых рассматриваются вопросы о числе хурулов и их статусе (большие, средние и малые); количестве духовенства в зависимости от статуса хурула. Здесь необходимо отметить, что любые решения принимались только после детального изучения вопроса.
После решения организационных вопросов Ламайское духовное правление приступило к рассмотрению дел в пределах своей компетенции. Правление ежегодно собирало сведения о числе хурулов, о подношениях в хурулы и расходовании финансовых средств на содержание хурулов, духовенства и оказания помощи нищим и сиротам, о количестве духовных лиц, их статусе и вносило предложения по их сокращению.
В ведении Правления было назначение на должность духовных лиц, присвоение им духовных званий и выдача письменных видов, удостоверяющего право ношения духовного звания. В фонде имеется дело, в котором подшиты подлинники «Грамот по возведению в духовное звание» в количестве 69-ти штук. Грамоты были изготовлены типографским способом.
Помимо вопроса о сокращении числа духовенства, рассматривался вопрос о даянчи, духовных лицах преклонного возраста или священнослужителях, которые по состоянию здоровья не могли исполнять свои обязанности в хурулах и которых не могли перевести в статус светских людей. Члены Ламайского правления просили о снисхождении к этим духовным лицам, которые были особо уважаемыми у народа, и предлагали оставить их при хурулах сверх штата до самой смерти. После многолетней переписки с вышестоящими органами, вопрос решался положительно с оговоркой, даянченов оставляют в прежних духовных званиях и им выдают письменные виды, а после их «смерти должности не должны были никем замещаться». Ламайское правление составляло «Поименные ведомости духовных лиц, умерших, состоящих при хурулах и исключенных из них». Совет Астраханского Калмыцкого управления (САКУ) вел строгий учет личного состава хурулов. Шел процесс постепенного естественного сокращения штатной численности духовенства. Мудрое безболезненное решение, непровоцирующее недовольство калмыков, для которых духовные лица были неотъемлемой частью их жизни. Все значимые события в жизни калмыка, как то рождение ребенка, создание семьи и проведение поминальных обрядов, не обходились без калмыцких обрядов, проводимых духовными наставниками. К тому же и лечение калмыков проводили лекари-гелюнги. Однако, гелюнги, не имеющие специального образования, к лечению не допускались.
Особый интерес представляет дело № 47, в котором лама калмыцкого народа ходатайствует о разрешении присутствовать при коронации Александра II. Он аргументировал тем, что «желает видеть совершение этого священнейшего обряда, и принести как от себя, так равно и от всего духовенства калмыцкого народа верноподданичество новому Императору нашему», на что получил Всемилостивейшее соизволение.
Ламайское духовное правление рассматривало судебные гражданские дела: о семейно-брачных отношениях, о нарушении правил духовными лицами и неправильном присвоении духовных званий. Ламайское правление не имело право рассматривать уголовные дела, в которых фигурантами дела выступали духовные лица, а также дела, касающиеся вопросов собственности. Такие дела необходимо было направлять в САКУ для рассмотрения и их дальнейшей передачи по принадлежности в улусные суды или суд Зарго.
Из архивных документов следует, что деятельность калмыцкого духовенства в рассматриваемый период была ограничена: хурулы лишались самостоятельности; духовные должности и звания утверждались правительственными органами; финансовая деятельность была под жестким контролем; количество хурулов и численный состав духовных лиц регулировался.
После принятия «Положения по управлению калмыцким народом» (1847 г.) над калмыцким духовенством установился полный контроль со стороны верховной власти. Ламайское духовное правление было упразднено. Согласно Положению 1847 г. «Лама, как высшее духовное лицо между калмыками, есть несредственный начальник над всеми хурулами и состоящими при оных духовными лицами». Таким образом, лама калмыцкого народа стал должностным лицом и единоначальником, которого назначал правительствующий Сенат. Предварительно кандидатура ламы проходила согласование в министерстве государственных имуществ. Однако реальной властью лама не обладал, так как контроль и надзор за религиозной деятельностью в Калмыцкой степи осуществляла Астраханская палата государственных имуществ. В сферу деятельности ламы входило рассмотрение вопросов, связанных с «вероисповеданием, брачно-семейными отношениями, надзором за хозяйственной деятельностью хурулов». В полномочия ламы также входили кадровые вопросы: возведение в духовное звание и выявление случаев нарушение правил по возведению в духовное звание, наблюдение за нравственным состоянием духовенства.
Изучение состава и содержания архивных документов фонда И-2 «Ламайское духовное правление» Национального архива Республики Калмыкия показало, что российское государство проводило ограничительную политику по отношению к буддийским традициям, на законодательном уровне осуществляла жесткий контроль и надзор за деятельностью хурулов и калмыцкого духовенства.

Лариса Манджикова,
кандидат исторических наук,
старший научный сотрудник
научного архива КалмНЦ РАН, заслуженный работник культуры Республики Калмыкия

Видео